МАЛАХИТНИЦА И ОГНЕВУШКА: УРАЛЬСКИЕ МИФЫ В КАМНЕ И МЕТАЛЛЕ

В Музее природы и охраны окружающей среды Нижнетагильского музея‑заповедника «Горнозаводской Урал» в экспозиции диковинных самоцветов и минералов замерли в ожидании посетителей два женских образа из камня и металла. Обе скульптуры созданы в середине прошлого столетия тагильским монументалистом, членом Союза художников России Виталием Ивановичем Стекановым.

Первая – бронзовая красавица в русском сарафане, застывшая на малахитовой глыбе в компании проворных ящериц. Вторая – окутана рыжеватыми отблесками меди и холодным свечением горного хрусталя. Посетители безошибочно угадывают в них знаменитые образы из сказов П. П. Бажова – Хозяйку Медной горы и Огневушку‑Поскакушку.

Сказы Бажова давно стали визитной карточкой Урала: их знают и любят с детства. Но за волшебной канвой историй о малахитовых шкатулках и пляшущих огоньках скрывается живая связь времён – сплетение горнозаводского фольклора и древних верований финно‑угорских народов, населявших край задолго до прихода русского населения.

В мифологической картине мира обских угров Урал представал не как обычный горный массив, а как пространство, наделённое душой и жизнью. У каждого элемента природы – будь то гора, ручей, камень или пламя – был свой покровитель, заслуживавший уважительного отношения. По представлениям народа, разработка месторождений и поиски драгоценных камней означали проникновение в священную территорию: если не провести нужные обряды и не умилостивить духов, можно лишиться удачи или навлечь на себя несчастье. Оседая на этих землях, русские переселенцы не отвергали местные верования, а органично соединяли их со своими представлениями о мире. В результате возникали самобытные образы: языческие мотивы обретали свежее художественное звучание. Эту сложную, переплетённую из разных пластов традицию сумел прочувствовать П. П. Бажов – и воплотил её в своих сказах.

Медной горы хозяйку называют по‑разному: Девкой Азовкой, Каменной девкой, Малахитницей. Этот образ духа-хранителя горных сокровищ Уральских гор и Гумёшевского рудника («Медной горы») получил широкую известность благодаря сборнику сказов Бажова «Малахитовая шкатулка». Красавица в платье из «шёлкового малахита», которое то блестит, как стекло, то сверкает алмазной россыпью, то приобретает медный отлив. Её волосы убраны в тяжёлую чёрную косу с вплетёнными лентами из тонкой позвякивающей меди. Её сопровождают ящерицы, а порой она сама предстаёт как существо с телом ящерицы и человеческой головой.

 

Скульптура «Медной горы Хозяйка». В.И. Стеканов. Бронза, малахит. Литье. 1950-е гг.

 

Отношения Малахитницы с людьми строятся по особым правилам. В ее владения нет хода женщинам и женатым мужчинам. По своему усмотрению может допустить или не допустить разработку, «увести богатство» или подарить его. Сурова к тем, кто движим жадностью и жестокостью, и вознаграждает за честность, трудолюбие и верность слову. Не случайно рабочие побаивались Хозяйку и старались избегать встреч с ней.

В женском пантеоне обских угров одно из ключевых мест занимает древняя богиня-мать всего живого Калтась-Эква. В фольклоре длинные косы прекрасной богини спускаются с небес до земли: по одной из них к небу поднимается соболь, по другой к воде спускается бобр. Она оживила первых людей, способна наделять живых существ душами и могла принимать облик разных живых существ. Именно Калтась подсказала верховному богу Нуми‑Торуму укрепить плавающую в океане землю горным поясом – так появился Уральский хребет. По некоторым преданиям, вызвав гнев супруга Нуми-Торума, богиня была изгнана с неба и поселилась внутри горы, где у неё росло дерево с душами ещё не рождённых людей, зверей и птиц.

Образ Хозяйки Медной горы во многом перекликается с Калтась‑Эквой. Обе – владычицы природных сил, связаны с землёй и её богатствами, способны менять облик. Древняя богиня в русских поверьях превратилась в Хозяйку, а дерево душ – в Каменный цветок. Это не случайное сходство: оно отражает общее для разных народов представление о том, что природные ресурсы – не просто материал для добычи, а нечто сакральное, требующее уважения и осторожности.

Малахитница способна управлять ящерицами и оборачиваться ящеркой в короне. В картине мира обских угров ящерица – пограничное существо: она связывает землю и подземный мир, а потому причинение ей вреда считалось нарушением сакральной границы. На Урале обитают три вида ящериц: живородящая, прыткая и ломкая веретеница (медяница) – её так называют из‑за бронзового окраса и рисунка на голове, похожего на корону. Образ ящерки нередко встречается в геральдике уральских городов.

Не менее интересна маленькая танцующая девчонка – Огневушка. В поверьях горнозаводского мира она связана с огнем и золотом: её пляшущий огонёк указывает старателям на «верховое золото». Она – посредник между человеком и силами природы: манит и ускользает, испытывая людей на терпение и чистоту помыслов.

 

Декоративная скульптура из камня и металла «Огневушка». В.И. Стеканов. 1988 г.

 

Этот образ перекликается с Най‑эквой – богиней огня, сестрой верховного угорского божества Нуми‑Торума. В переводе с мансийского «най» означает «огонь», а «эква» – «женщина», то есть буквально «огненная женщина». Её представляют как «семиязычную» девушку в красном платье: она появляется в очагах и кострах, разведённых людьми, и требует возмездия за нарушение традиционных запретов, связанных с огнём. Её образ также сопряжён с солнцем – источником тепла и жизни.

Коренные народы Урала трепетно относились к огню: он часто был не просто бытовым явлением, а сакральным – «чистым», «живым». Его добывали специально для ритуалов, а не брали из обычного домашнего очага. Такие обряды нередко проводили на вершинах гор, в пещерных, на озерных святилищах. Огонь, добытый трением или высеканием, считался священным. Его использовали для жертвоприношений, ритуальной плавки металлов, очищения или как связь с высшими силами. В пещерах пламя могло выполнять оберегающую функцию, а на горных святилищах – быть связанным с солярным (солнечным) культом и идеей плодородия.

Так выстраивается цепочка смыслов: солнце – огонь – женщина – и рождается образ Огневушки‑Поскакушки.

Во всех этих мифических образах прослеживается древняя этика взаимодействия с природой: богатство даётся не каждому, а лишь тому, кто умеет видеть знаки, уважать тайны и не стремиться взять больше, чем нужно. Скульптуры В.И. Стеканова в музее не просто украшают экспозицию – они становятся мостом между эпохами, напоминая о глубокой связи человека с землёй, огнём и камнем, которую так бережно сохранил уральский фольклор.

 

Музей природы и охраны окружающей среды. 2026 г.

 

 

 

Наталья Павловна Макарова,
научный сотрудник, хранитель коллекции археология Нижнетагильского музея-заповедника «Горнозаводской Урал»